Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

Torbasow

Грозит ли нам шестое массовое вымирание видов?

В «Точке зрения» на ПостНауке заведующий лабораторией глобальной и региональной геоэкологии географического факультета МГУ Николай Дронин высказал, в частности, следующее:

«Вымирание видов является естественным процессом. 95 % всех когда-либо существовавших видов на Земле уже вымерли. Время существования видов — от 1 до 10 миллионов лет. Все известные нам ныне живущие виды — а их 1,6 миллиона — исчезнут через 10 миллионов лет. Отсюда можно рассчитать, что нормальные темпы вымирания видов — это несколько десятков видов в 10 лет. Можно предполагать, что в периоды катастроф эти темпы должны быть на несколько порядков выше и составлять несколько сотен или тысяч видов в 10 лет.

Оценить современные темпы вымирания видов можно по факту. За последние 400 лет было найдено и описано 1,6 миллиона видов. ‹…› За 400 лет исчезло 1033 видов, из них 396 сосудистых растений, 235 моллюсков, 110 млекопитающих, 103 вида птиц, 98 насекомых, 82 вида рыбы. Это дает нам цифру — 25 видов за 10 лет. Мы, таким образом, получаем величину одного порядка с нормальными темпами вымирания.

Есть ли вина человека, что вымерло 1033 видов? Известны только отдельные случаи, когда человек не поделил пространство с каким-то видом (тасманийский волк), и этот вид был целенаправленно истреблен. Большинство же вымерших видов никогда не интересовали человека и не были его врагом или предметом промысла. В США считаются исчезнувшими только три вида лесных птиц — по одному виду попугая, дятла и голубя, которые, конечно, не были предметом промысла, но могли иметь своих врагов в биологическом мире. Иногда учёные говорят, что, сводя естественные экосистемы, человек мог способствовать вымиранию каких-то видов непреднамеренно. Но и это предположение не подтверждается наблюдениями. Тот же пример вымирания только трёх видов лесных птиц США показывает удивительную выживаемость лесных птиц, потому что от первоначальных лесов страны осталось всего 1—2 %.

Итак, мы потеряли 1033 видов. А в среднем в год биологи описывают 6200 новых видов… Из 30 миллионов предполагаемых видов ещё не описано 86 % видов на суше и 91 % видов в океане. ‹…› Для того чтобы делать выводы о катастрофическом сокращении биоразнообразия на Земле, у нас слишком мало данных об этом разнообразии, а то, что уже описано и изучено, не даёт никаких оснований для беспокойства».

Пардон, но это чушь какая-то.

Я не биолог, поэтому не могу навскидку уличить автора в неверных входных данных (хотя не могу не отметить, что меня не менее чем смущает разброс на порядок исходной для рассуждения оценки) и принимаю их на веру. Но на некоторое элементарное понимание математики и логики претендую.

Итак. «Время существования видов — от 1 до 10 миллионов лет». Обозначим это время как T ∈ [106, 107]. Это означает, что из выборки в N видов за t лет в среднем вымрет N × t / T видов. Подставим «все известные нам ныне живущие виды — а их 1,6 миллиона» и почему-то выбранные автором 10 лет — получаем «нормальные темпы вымирания видов» = 1,6—16, а не «несколько десятков видов в 10 лет». То есть автор или выбрал в качестве нормальной оценки верхнюю планку, округлив её в большую сторону, или вообще ошибся на порядок или даже больше.

Поехали дальше. «За 400 лет исчезло 1033 видов, из них 396 сосудистых растений, 235 моллюсков, 110 млекопитающих, 103 вида птиц, 98 насекомых, 82 вида рыбы. Это дает нам цифру — 25 видов за 10 лет». Я не знаю, зачем автор пересчитывает всё на диапазон в десять лет, никакой другой ценности, кроме как запутать читателя, этот приём не имеет. Поэтому буду всё считать для указанных 400 лет. «Нормальные темпы вымирания видов» для 400 лет составят 64—640 видов. Таким образом, последующее утверждение — «таким образом, получаем величину одного порядка с нормальными темпами вымирания» — из начальных данных вовсе не следует. При оценке по высшей планке реальные темпы вымирания больше средних в 1,6 раза, формально это, конечно, «величина одного порядка», но явно и ощутимо больше. А при оценке по низшей плане, не менее правомерной, реальные темпы вымирания выше нормальных в 16 раз, что уж точно не «не даёт никаких оснований для беспокойства». Тем более, что данные по вымиранию могут быть занижены (например, по птицам мне попались более высокие оценки: 120—130 видов, вымерших с ⅩⅦ века.).

На самом деле, всё ещё хуже. Если мы посмотрим конкретнее по названным автором таксонам, соотнесясь с численностью видов в них, мы обнаружим, что темпы вымирания сосудистых растений превышали нормальные в 3,3—33 раза, рыб — в 6—60 раз, моллюсков — в 7—69 раз, птиц — в 24—239 раз, млекопитающих — в 43—430 раз! То есть птицы и млекопитающие вполне могут подпадать под названный самим автором (и завышенный, по моему мнению — полагаю, одного порядка достаточно «за глаза») критерий «в периоды катастроф эти темпы должны быть на несколько порядков выше»!

Почему так получается? (Сейчас мы вырулим — благо, автор прямо на это выводит — к вышесказанному «всё ещё хуже»,— а вы думали, это уже оно и было?) Читаем дальше. Пропустим странную попытку опровержения «иногда» высказываемого учёными соображения (на самом деле, едва ли одна публикация на эту тему обходится без его упоминения), что «сводя естественные экосистемы, человек мог способствовать вымиранию каких-то видов непреднамеренно». «Опровержение» делается путём отсылки к сведению лесов в США, при котором вымерло «только трёх видов лесных птиц». Понятно, что нельзя судить, много это или мало, без сведений, сколько там всего было видов, и сколько из них специализированно лесные, так же, как и переносить пример с лесами умеренной зоны на влажные тропические леса, наиболее богатые видами.

Но давайте дальше. Вот что пишет автор: «…В среднем в год биологи описывают 6200 новых видов… Из 30 миллионов предполагаемых видов ещё не описано 86 % видов на суше и 91 % видов в океане». Но ведь это соображение означает, что и темпы вымирания выше наблюдаемых! Потому что, во-первых, ещё не описанные виды обычно менее распространены, чем описанные, а значит легче могут исчезнуть, а, во-вторых, огромная масса не открытых и уже вымерших видов никогда не попадает в эту статистику, ибо шансов открыть и описать живой вид гораздо больше, чем представленный только (если вообще) останками.

Так что темпы вымирания надо оценивать не по всей совокупности (относительно которой автор легкомысленно, но справедливо замечает, что «у нас слишком мало данных об этом разнообразии»), а по хорошо изученным и надёжно учтённым таксонам. А по ним положение вовсе не таково, что «то, что уже описано и изучено, не даёт никаких оснований для беспокойства», а совсем наоборот. К оценке по млекопитающим, птицам и прочим, основанной на данных автора, добавлю, что из двух-трёх сотен видов парнокопытных, хищных и сумчатые за четыре века вымерло по десятку-полтора, что в сотни раз больше, чем следовало бы ожидать из наименьшей указанной автором продолжительности существования вида в миллион лет. Совсем недавно, уже в этом веке, зафиксировано, что мы потеряли восточную пуму, японскую речную выдру, западного чёрного носорога.

Многие виды находятся в угрожаемом состоянии. Ну не должны представители небольших, но продвинутых таксонов исчезать вот так пачками, на глазах одного человеческого поколения. Это ненормально и странно, что приходится это доказывать.

Torbasow

Кошка Марта умерла

Марта

Славная кошка Марта умерла.

15 лет не предел для кошки. Ещё недавно она бодро бегала и звонко мявчала, с устрашающей силой драла когтеточку, ей благополучно залечили удалённые после воспаления верхние клыки, а без большей части хвоста она обходилась с морозного детства. Но коварный рак сразил хорошего зверя.

Она была очень красивой кошкой, возможно, самой умной и дружелюбной из всех, кого я знал. Всегда встречала в прихожей свою хозяйку, звучно приветствуя её ещё из-за двери. Она сидела за компанию во время трапез и приходила спать ночью, порой устраиваясь прямо на моей голове. А как она любила, когда её чесали! Я всё время привожу её в пример своим тверским котикам.

Нам будет очень не хватать Марты. Она доставила нам много радости и, надеюсь, прожила не без нашей помощи счастливую жизнь, которая, правда, могла бы быть подлиннее.

Прощай, Марта. Мы любим тебя и знаем, как ты ценила наше общество.

Torbasow

Ланкийские заметки

В феврале слетали на Шри-Ланку. Обгорел на солнце, простудился под вентилятором, меня чуть не унесло течением в океан… В общем, поездкой доволен. План выполнен примерно на 80 %. А вот страна скорее не понравилась. Ну в смысле духовно-политической организации, хотя кто у нас может таким хвастать… Я понимаю, что она гораздо благополучнее и чище Индии, но даже Греции очень и очень проигрывает. Народу там жить, прямо скажем, плохо («улыбчивые, весёлые и мирные люди» — это правда только на треть), его политическое, моральное и культурное состояние удручающее, а предпосылки для эволюционных либо революционных изменений к лучшему слабы. Но об этом я немало переводил в последнее время, публикуя и здесь и на Маоизм.Ру, так что сейчас о туристических впечатлениях. Фотогалереи смотрите Вконтакте: Катунаяке — Сигирия, Дамбуллэ — Канди, Канди — Пиннавела — Маунт-Лавиния, Маунт-Лавиния и Дехивала, Хиккадува, Косгода, Мадува, Маунт-Лавиния — Аттидия, Коломбо, Анурадхапура, Маннар, Негомбо.

Collapse )
Torbasow

Несостоятельная кулинарная теория происхождения патриархата

Сразу оговорюсь (а то я же маскулинистских троллей и всяких квазифеминисток знаю): эту критику ни в коем случае не следует понимать как защиту патриархата или отрицание всякого общественного значения исторической эксплуатации преимущественно женского труда по приготовлению пищи.

Но конкретная модель, построенная rakugan в обзоре «Кулинария как основа патриархата» на книгу Ричарда Рэнгема «Зажечь огонь: Как кулинария сделала нас людьми», никуда не годится. Просто потому что опора на естественно-научные данные надумана или не додумана, закономерно получилась не связанная с жизнью фантастика.

Мне бросились в глаза по меньшей мере две грубые ошибки.

  • Утверждается, что «выжить без собирательства, которым занимались женщины, не могло бы ни одно первобытное племя. Во всех первобытных обществах, пишет Р. Рэнгем, именно за счет женщин обеспечивается выживание как таковое». Это похоже на правду, но тут же делается вот такой внезапный финт: «Оно более важно, чем охота, потому что если мужчины вернутся с нее ни с чем, семья будет питаться только тем, что собрали женщины».

    Пардон — более важно с точки зрения краткосрочного выживания отдельно взятого племени. Но это же карикатурный традиционный «женский» взгляд на вещи, с абсолютизацией поддержания гомеостаза и отрицанием прогресса. Он полностью упускает роль животных белков и охоты на крупную дичь в антропогенезе — без каких-либо обоснований. Между тем, справедливый довод «никакая чисто охотничья культура не продержалась бы больше месяца, не будь ее подспорьем собирательство» должен быть дополнен соображением, что чисто собирательская культура не стала бы человеческой, и то самое приготовление пищи, которое свалили на первобытных женщин, не возникло бы.

    Обе разновидности труда были необходимы в становлении человечества и просто бессмысленно сравнивать, какая из них важнее. «Если это такое выгодное решение, почему ему не следуют те же шимпанзе?» — спрашивает автор и пытается отвечать. Хотя правильный ответ дан ею же буквально несколькими фразами выше: «Когда люди перешли к кулинарии, опасность лишиться еды стала еще больше. …Еду нельзя бросать без присмотра, а спастись бегством от агрессора с горячей едой в руках тоже затруднительно». Само собой, к шимпанзе это не относится, у них нет материальной культуры и они «тратят на охоту в среднем меньше 3 минут в день! Самая долгая охота, отмеченная исследователями, длилась около часа. Позволить себе больше эти шимпанзе просто не могут».

    В общем, человеческого разделения труда у шимпанзе нет не из-за особых отношений между самками и самцами, а из-за отсутствия труда как такового. Ну не освоили они эту экологическую нишу. Но и большого эволюционного успеха не добились.

  • В качестве исходного состояния сексуальных отношений у людей произвольно взята ситуация у современных шимпанзе: самки предков человека «не могли объединяться для защиты от сексуальных посягательств. Например, у шимпанзе самки вступают в половые контакты с самцами раз в 3-6 лет, а все остальное время живут отдельно вместе со своим потомством» и «самки в малой группе были вынуждены кормить и обслуживать сексуально (в том числе с ненормальной для приматов частотой) одного конкретного самца».

    С точки зрения биологии, это ни в какие ворота не лезет. Частоту сексуальных контактов у шимпанзе логичнее было бы связать не со способностью их самок за себя постоять, а с их гормональным ритмом, резко отличающимся от человеческого. То, что существует некая «нормальная для приматов частота», и её можно мерить по шимпанзе — это чистая фантазия. Даже не по шимпанзе — по одному из видов шимпанзе, Pan troglodytes, потому что у Pan paniscus, известных как бонобо, дела обстоят сильно иначе.

Torbasow

Инстинкты у млекопитающих

В связи с нарушением нормального графика жизни — то работа по выходным, то отгулы,— у меня некоторое затмение в голове и неурядица в распоряжении данными. Есть некоторые моменты, которые я как будто бы то ли слышал, то ли читал, кажется, на неделе — содержательную сторону помню неплохо, но напрочь забыл и не могу теперь разыскать источники. Например, про одного из лидеров прачандистов, Шрестху, и его отношение к маоизму. Или про то, что инстинкты не играют значительной роли не только что у высших приматов, но даже у млекопитающих. Вчера захотел сослаться на специалиста (как оказалось, зря — мой оппонент, некто Сергей Малицкий из Киева, осыпал меня оскорблениями и слил), который это утверждал (нет, не Фридман, то-то и оно), хвать,— а у кого я это видел или слышал, уже не помню, хотя буквально на днях это было…

Хотя подтверждения этой мысли найти не трудно. Сегодня же утром в радиопередаче с Затевахиным говорилось о том, что медвежонок должен битых два года учиться у матери. А гугление/яндексение сейчас навело меня на любопытный источник — статью «Социальная организация животных» со ссылками на голландского этолога Николауса Тинбергена. Вот имеющий отношение к вопросу фрагмент:

«Неверно искать генетические, врожденые корни человеческой социальности. Генетически детерминировано (определено) только инстинктивное поведение, а у млекопитающих большую роль играет не инстинкт, а выученное поведение. У приматов вообще традиции и роль социального окружения влияют на поведение больше, чем у остальных млекопитающих. Примером влияния социального окружения на поведение приматов служит поведение обезьян, выращенных в изоляции. Такие обезьяны не способны к правильному репродуктивному поведению, вместо реакций ухаживания проявляют агрессивные реакции».

А вот хорошее возражение тем, кто возводит к «животным инстинктам» человеческую иерархическую и семейную организацию:

«У приматов выделяют шесть категорий общественной организации: 1) одиночный образ жизни, если не считать пар, состоящих из матери и детеныша (орангутаны); 2) моногамные пары взрослых особей с последним детенышем (гиббоны, игрунки). Моногамия — половое партнерство на всю жизнь. 3) группы, состоящие из одного самца и нескольких самок с детенышами („гаремами“). (Таковы по своей организации мартышки-гусары, павианы, долгопяты); 4) объединения нескольких односамцовых групп вместе с „гаремами“, состоят из нескольких групп третьего типа; 5) многосамцовые группы с доминантными и подчиненными самцами (гориллы, макаки-резусы) или подобранные по возрасту группы одних самцов (мартышки гусары). У гелад — павианов, живущих в Эфиопии, стада достигают 400 особей; 6) диффузные сообщества без сколько-нибудь компактных или стабильных групп (шимпанзе). Этот перечень свидетельствует о чрезвычайно широком диапазоне организационных форм приматов».

Шесть! Да у людей различных культур сотни. А сторонники толкования общества через инстинкты выбирают какой-то один тип поведения у людей (с альфа-самцом — я думаю, просто потому, что всякому мыслителю лестно представлять всех остальных бетами и только себя — циничным и мудрым) и один у обезьян, отождествляют их с тем, что было, скажем, у ёжиков, а про все остальные благополучно забывают. Но: «…Ближе всего к человеку из обезьян стоят шимпанзе, у которых иерархические отношения выражены вообще слабее, чем у других приматов», а если ещё вспомнить про бонобо, которых от обычных шимпанзе неспециалист и не отличит, но у которых совершенно отличное представление об устройстве групп…

Torbasow

Научно-популярные фильмы (мир животных)

Большинство просмотренных мной научпоповских фильмов — про зверушек. Половина из них приходится на продукцию «Би-би-си». «Наедине с природой: Секреты сервала» демонстрирует между прочим разные модели родственных отношений. Мать-сервал заботится о своих котятах, но те уже грызутся из-за мыши; да и сама она шугает с охотничьего участка взрослую дочку. Газель Гранта отгоняет её от своего козлёнка, хотя та, вроде бы, там чисто мышковала. А стая шакалов убивает детёныша гну прямо под ногами у взрослых антилоп — и тем хоть бы хны.

Вообще, со взаимовыручкой и сотрудничеством в животном мире не очень. Вот «Наедине с природой: Обезьяна гелада — битва храброго сердца». Неприятные существа эти африканские травоядные обезьяны, что лицом, что поведением, и ряд сцен из фильма довольно тягостен. Ещё больше «гопничества» можно наблюдать в многосерийных «Брачных играх в мире животных» (к тому же там много внимания уделено всяческой беспозвоночной мерзости,— хотя соитие/поединок слизней неожиданно завораживает, в частности, тем, что они пытаются по ходу дела решить, кто будет самкой, а кто самцом). Едва ли не единственным умиротворяющим эпизодом становятся под конец шимпанзе-бонобо. …В связи с этим, особенно тягостное впечатление произвели «Кошачьи войны: Лев против Гепарда» от «Нейшенел джиогрэфик». Ладно, я понимаю, почему гепарды враждуют с львами (обойдёмся без спойлера), я тем более понимаю, почему они дерутся промеж собой из-за самки. Но то, что они грызутся под носом у убивающих их львов, и даже после смерти самки,— это удручает.

«Дикий мир Амазонки» не особенно впечатлил. Возможно, потому что он довольно старый, 1989 г. Ну и переводчик напортачил: слово «животные» он употребляет то правильно (собственно, для всех животных), то неправильно (имея в виду зверей, но не птиц). Гоацинов он кличет «хоацинами», а археоптерикса назвал… «помесью рептилии и птицы». Помесь, ага. Возможно, это ляп авторов фильма, но и переводчику соображать же надо.

В фильме «Райские птицы» мне более интересным показались не эти, несомненно зрелищные, пташки, а то, что исследовательница — местная, папуаска. В этой связи меня жутко скандализировал первый же постсоветский комментатор, обозвавший эту достойную женщину «афрожабой». Ну, она, верно, по нашим понятиям, не красавица (хотя и не то, чтобы совсем уродка, иным спившимся белым леди уж по-всякому фору даст), но посмотрите на её одухотворённое лицо, когда она рассказывает о предмете своих штудий,— оно же совершенно прекрасно!

Появление своих научных кадров даже в столь удалённых от цивилизации уголках — это трогательно, радостно и воодушевляюще. Те же чувства у меня были при просмотре немецкого фильма «Прыгунчики — лесные эльфы», при том, что и сам слоновый попрыгунчик, про которого рассказывал негр-исследователь,— зверушка презанятная. Забавно было также послушать местную жительницу о том, как улучшились их отношения со слонами, когда лесники нашли способ без смертоубийства пресекать хулиганство со стороны этих громадин.

Как всегда, увлекательны и познавательны фильмы с Дэвидом Эттенборо — четырёхсерийник «Мадагаскар» (а и суровы же там условия, хотя и тропики,— где-то сушь страшная, где-то самумы) и палеонтологический экскурс в историю самых первых живых существ «Первая жизнь».

Дикая природа вообще сурова, а фильмоделы это с удовольствием подчёркивают. Так, замечательный и красивейший сериал «Нейшенел джиогрэфик» «Дикая природа России» представил мне панораму, в которой я России отнюдь не узнаю. Ибо Восточно-Европейской равнины там нет, а то, что есть — экзотические окраины, удалённые отсюда куда больше, чем Вильнюс, скажем. Перечислить всё, что я там увидел, трудно, поэтому назову только обитающего в пустынях вблизи Кавказа и Каспия ушастого ежа. Этот благородный зверь ловит и поедает страшных ядовитых сороконожек, молодец какой. Да, ещё обратило на себя внимание, как Советская власть восстановила популяцию зубров (почему-то всё время называемых «бизонами») на Кавказе, и как потом их чуть не перебили браконьеры.

Немецкий фильм «Дикая Монголия» демонстрирует совсем невозможные для жизни места, если не брать в расчёт северные окраины, где лесок стоит, озерца, в общем — как бурятское Забайкалье. В остальном же, зверьё там есть, да, но его, как и людей, кстати, очень немного, если принять в расчёт огромную территорию. Напротив, немецкая же «Дикая природа Японии» подобна серии про Камчатку только с одного края, которому, впрочем, уделено больше внимания. Во всяком случае, знаковой для анимешников («Адзуманга» же) ириомотской кошки я не увидел, пришлось довольствоваться снежными обезьянами.

И опять аридные ландшафты. Немецкий фильм «Национальный парк Серенгети» показывает, как вынуждены мигрировать соответственно сезону в этом районе толпы животных, и я им от души посочувствовал. Японский же фильм «Обитатели пустыни: медоед и пустынный хамелеон» посвящён пустыне Намиб. Оный медоед, правда, особой симпатии не вызвал, несмотря на сладкое название. Зверь сварливый, злобный, и не укусишь его толком, нарастил загривок, этакий жлоб.

Torbasow

«Животные и разговоры», «Дневник будущего», «Инопланетянка-юрийщица Наоко-сан», «Каприкорн»

Кэномото Тятя в классе и коты«Животные и разговоры» — ещё один пример того, как кошкам не везёт в аниме. После «Кошачьей благодарности» я не припомню, где толпа кошек была бы тщательно отрисована. В «Мяу-просьбах» и тем более в «Адзуманге „Дайо“» они изображены упрощённо. Тут же коту под хвост пошла вся графика: на фоне жутких девочек грубые контуры котов, пожалуй, выигрывают.

Ещё один минус этой овашки — уныние. Вопреки бурлящему энтузиазму кошачьего сообщества и всеобщей людской зависти к таланту главной героини Кэномото Тяти (а название фильма по-японски — «Кэмоно то тятто», где последнее слово записано катаканой, а не хираганой (очевидно, потому что это заимствованное английское «чет» (chat))), основная идея — что существа кошки бесполезные, а общение с ними бессмысленно и тягостно, что Тятя периодически и подчёркивает.

Впрочем, сценки достаточно забавны, а сама тема разговоров с кошками достаточно захватывающа, чтобы вытерпеть полчаса. Ну и симпатии кошек к единственной, кто их действительно понимает, не могут не вызывать сочувствия.

(Сабы опять расстраивают. Тут присутствует традиционное и ставящее в тупик знатоков русского языка «одела трусы», а про девушку сказано: «…Люди не могут жениться до совершеннолетия». И самое ужасное: переводчик почему-то не признаёт транскрипцию Поливанова в целом, но использует её выборочно.)

Милена Юро«Дневник будущего» меня жестоко обманул. Хорошо хоть отнял всего девять минут. Но я ожидал сколько-то самостоятельного произведения, а это один к одному промо-ролик — только не предваряющий вообще никакого аниме, а прилагающийся к манге. Ну и сам по себе ролик не очень впечатлил, хотя уж в таком формате можно было бы расстараться. Но: сомнамбулический главный герой и его одноклассница, ни с того ни с сего заявившая ему о готовности убивать и повиноваться, нарисованы довольно простенько. Сравнительно радует только террористка с мегафоном, но её совсем немного.

(Хорошо бы, до русских релизиров («АниДАБ») кто-нибудь довёл, что нехорошо это — при наличии субтитров их не давать, а зашивать свою озвучку в единственную звуковую дорожку, перекрывая оригинал.)

(А знаете, как переводит «Гугл» название этого фильма (未来日記)? «Они еще не зарегистрированы в Японии»! Гуглоперевод жжёт так, как «Стилус», по простоте своей, не был способен. Будьте с ним бдительны.)

Наоко-сан, Мисудзу и Хий-тян«Лилейная звездожительница Наоко-сан» или, если без обиняков, «Инопланетянка-юрийщица Наоко-сан» — короткометражная пародия — как водится у японцев, абсурдная, но на этот раз всё же доступная для человеческого понимания. И с неплохой, карамельно-уютной, рисовкой, а уж сэйю просто ласкают слух. Нетрудно узнать Сирай Куроко из «Рейлгана», ну, то есть Арай Сатоми; у Нонаки Ай послужной список тоже внушительный, а у Харасимы Акари, насколько мне известно, это первое выступление, но весьма успешное.

Между прочим, приложение к манге, но всего за шесть минут рассказывающее микроисторию, вполне логичную и цельную в рамках происходящего абсурда.

Мона«Каприкорн» выделяется обаятельным, редким ныне, дизайном персонажей. К сожалению, больше о нём особо положительного сказать не могу. Кроме парочки протагонистов (кстати, не уловил, почему Мона человекоподобна, когда её сородичи нет) внимания никто не привлекает. История довольно наивная, нелепая и скомканная; трагическую точку она ставит с непонятной решительностью.